Альфред Бестер. Человек, который убил Магомета -
11 >
брюки, а твидовый пиджак его был на два номера меньше, чем нужно. В руке он держал револьвер сорок пятого калибра. Лишь несколько мгновений спустя Генри Хассель сообразил, что видит самого себя. Это зрелище не доставило ему удовольствия. - О боже! - пробормотал Хассель. - Это ведь я прибываю в прошлое, чтобы убить Вашингтона. Если бы я прибыл сюда второй раз на час позже, я застал бы Вашингтона мертвым. Эй! - воскликнул он. - Подожди! Потерпи минуточку! Мне нужно сначала у него кое-что выяснить! Хассель игнорировал собственные возгласы; по правде говоря, он их, кажется, вообще не слышал. Он прошагал прямо к полковнику Вашингтону и выстрелил. Полковник Вашингтон упал, так что в смерти его не могло быть ни малейших сомнений. Первый Хассель осмотрел тело и, не обращая никакого внимания на попытки второго Хасселя остановить его и вовлечь в дискуссию, удалился, злобно бормоча что-то себе под нос. - Он меня не слышал, - удивился Хассель. - Он даже не почувствовал, что я здесь, и потом - почему я не помню, чтобы я сам себя останавливал, когда в первый раз стрелял в полковника? Что здесь происходит, черт побери? Серьезно озабоченный, Генри Хассель прибыл в Чикаго 1941 года и заглянул в спортивный зал Чикагского университета. Там среди скользкого месива графитовых блоков в облаке графитовой пыли он отыскал итальянского ученого по фамилии Ферми. - Повторяете работу Марии Кюри, dottore, не так ли? - спросил Хассель. Ферми огляделся, словно услышал какой-то слабый писк. - Повторяете работу Марии Кюри, dottore? - проревел Хассель что было сил. Ферми холодно посмотрел на него. - Откуда вы, amico? - О, я на государственном коште. - Государственный департамент? - О нет, просто государственный кошт. Послушайте, dottore, ведь Мария