Альфред Бестер, Роджер Желязны. Психолавка -
14 >
потом он попадал в "раздевающее" поле -- вы же видели, как это легко
сделать! -- и оно снимало с него все, что он добавил к своей личности с тех
пор, как появился на свет. То, что вы видите, всего лишь жалкие остатки
людей; впрочем, они дышат -- хотя и очень медленно, -- и сердца у них тоже
бьются, только едва слышно. Благодаря временным особенностям этого поля
жизнь в них еще теплится. Но, как говорил Шелли, "больше не осталось
ничего".
-- Когда же это случилось?
-- Первый из них, Ларе, жил очень давно, когда здесь еще всем
заправляли этруски. Марк появился на несколько веков позже. Эрик был
германским наемником. Затем там есть один вандал и один гот, а еще --
нормандский крестоносец из тринадцатого века. А последний, Пьетро, из
шестнадцатого века. Уверял, что он художник.
-- А почему все они так вели себя, как по-вашему?
Он пожал плечами:
-- Возможно, просто из любопытства. Любопытство я понять могу. Но более
вероятно, они хотели получить больше, чем, по их мнению, могли себе
позволить, и рассчитывали, что все же сумеют ободрать меня как липку. Ну
что, вы по-прежнему хотите заполучить память получше?
Ближайшее ко мне тело покачивалось и чуть вращалось в такт дыханию
веявшего здесь волшебного ветерка, постепенно поворачиваясь ко мне в
профиль...
И тут я пронзительно вскрикнул. Повернулся. Побежал...
-- Альф, в чем дело?
Его рука легла мне на плечо, надежно удерживая меня в безопасном
коридоре между полями. Тот его вопрос так и звенел у меня в голове. Но я уже
стирал из памяти... страх перед возможными последствиями такого шага.
-- Да что с вами такое?
-- Это тело... меня ошеломило. Оно было так... словно... Я просто не
знаю!