Фридрих Ницше. Странник и его тень -
16 >
унаследованных, постепенно развившихся отдельных чувствованиях и группах
чувствований, - такие моралисты, говорю я, очень часто смешиваются с теми,
от которых они более всего отличаются. Да, их часто смешивают с теми жалкими
моралистами, которые не верят ни в какое умственное или нравственное величие
и стараются скрыть свое духовное убожество в блеске чужого величия и
чистоты. Первые моралисты говорят: "это - проблема", а эти ничтожные люди
твердят: "здесь все лгуны и ложь"; таким образом, последние отрицают даже
существование того, что первые пытаются объяснить.
21
Человек как измеритель. - Вероятно, вся нравственность человечества
имеет свое начало в том страшном духовном возбуждении, которое испытывал
первобытный человек, когда он впервые открыл меру и измерение, вес и весы.
(Слово "Mensch" - человек означает "Messende" - измеряющий, так как человек
желал назвать себя по имени своего величайшего открытия!) С такими
представлениями люди возвысились до областей, где немыслимо измерение и
взвешивание, но им казалось, что и здесь возможно и то и другое.
22
Принцип равновесия. - Грабитель и тот сильный человек, который обещает
охранять общество от грабителей, вероятно, в сущности вполне сходные
существа и отличаются только тем, что второй извлекает свою выгоду иначе,
чем первый; он извлекает свою выгоду из равномерных обложений, которые
уплачивает ему община, а не из контрибуций. (Такое же отношение существует и
между купцом и пиратом, оба занятия соединялись долгое время в одном лице, и
в случае, если одно казалось невыгодным, человек прибегал к другому. В
сущности и теперь мораль купца - это утонченная мораль пирата, а именно:
покупать по возможности дешевле, - если можно, уплачивая только издержки