Фридрих Ницше. Человеческое, слишком человеческое -
3 >
самообмане - и сколько лживости мне еще нужно, чтобы я мог всегда сызнова
позволять себе роскошь моей правдивости?.. Довольно, я еще живу; а жизнь уж
так устроена, что она основана не на морали; она ищет заблуждения, она живет
заблуждением... но не правда ли? я опять уже принялся за свое, начал делать
то, что делаю всегда, - я, старый имморалист и птицелов, - говорить
безнравственно, вненравственно, "по ту сторону добра и зла"? -
2
- Так, однажды, когда мне это было нужно, я изобрел для себя и
"свободные умы", которым посвящена эта меланхолично-смелая книга под
названием "Человеческое, слишком человеческое"; таких "свободных умов" нет и
не было - но, повторяю, общение с ними было мне нужно тогда, чтобы сохранить
хорошее настроение среди худого устроения (болезни, одиночества, чужбины,
acedia, бездеятельности); они были мне нужны, как бравые товарищи и
призраки, с которыми болтаешь и смеешься, когда есть охота болтать и
смеяться, и которых посылаешь к черту, когда они становятся скучными, - как
возмещение недостающих друзей. Что такие свободные умы могли бы
существовать, что наша Европа будет иметь среди своих сыновей завтрашнего и
послезавтрашнего дня таких веселых и дерзких ребят во плоти и осязательно, а
не, как в моем случае, в качестве схем и отшельнической игры в тени - в этом
я менее всего хотел бы сомневаться. Я уже вижу, как они идут,
медленно-медленно; и, может быть, я содействую ускорению их прихода,
описывая наперед, в чем я вижу условия и пути их прихода? - -
3
Можно предположить, что душа, в которой некогда должен совершенно
созреть и налиться сладостью тип "свободного ума", испытала, как решающее
событие своей жизни, великий разрыв и что до этого она была тем более
