Иосиф Бродский. Из книги эссе. Переводы с английского -
91 >
движется к ею же выстроенному образу. Все, что ей сейчас нужно, -- убедиться
собственными глазами. Превратить свою воображаемую картину в реальную:
Ты там сидел -- на башмаках сырая
Земля с могилы нашего ребенка --
И думать мог о будничных делах,
Я видела, ты прислонил лопату
К стене за дверью. Ты ее принес!
Так что, по-вашему, она видит собственными глазами и что доказывает это
зрелище? Что на сей раз в кадре? Какой крупный план сейчас перед ней? Боюсь,
что она видит орудие убийства: она видит лезвие. "Stains" (пятна) сырой
земли либо на башмаках, либо на лопате делают острие лопаты блестящим;
превращают его в лезвие. И может ли земля, хотя бы и сырая, оставлять
"пятна"? Сам выбор ею существительного, подразумевающего жидкость,
предполагает -- обвиняет -- кровь. Что должен был сделать наш герой?
Следовало ли ему снять башмаки перед тем, как войти в дом? Возможно.
Возможно, ему следовало также оставить лопату снаружи. Но он фермер, и
поступает как фермер -- видимо, из-за усталости. И то же относится к его
башмакам, а также и ко всему остальному. Могильщик приравнен здесь, если
угодно, к жнецу. И они одни в этом доме.
Самое страшное место "for I saw it" (ибо я видела ее), потому что здесь
подчеркивается символизм прислоненной к стене у входа лопаты в восприятии
героини: для будущего использования. Или как стража. Или как невольное
memento mori. В то же время "for I saw it" передает прихотливость ее
восприятия и торжество человека, который не даст себя провести, торжество
при поимке врага. Это бесполезность в своем высшем проявлении, увлекающая и
затягивающая пользу в свою тень.
-- Хоть смейся от досады и бессилья!
Проклятье! Господи, на мне проклятье!