Иосиф Бродский. Из книги эссе. Переводы с английского -
82 >
имеет некоторые сексуальные коннотации: она его отвергла. Не в этом ли вся
история с Пигмалионом и его моделью? На буквальном уровне "Домашние
похороны" развиваются по линии "труднодосягаемого". Однако я не думаю, что
Фрост, при всей своей автономии, сознавал это. (Во всяком случае, "К северу
от Бостона" не обнаруживает какого-либо знакомства с фрейдовской
терминологией.) И если это было неосознанно, то подход такого рода
несостоятелен. Тем не менее нам следует иметь в виду и его, когда мы
приступаем к основной части этого стихотворения:
-- Не ты. Куда девалась шляпа? Бог с ней.
Я ухожу. Мне надо прогуляться.
Не знаю точно, смеет ли мужчина.
-- Эми! Хоть раз не уходи к чужим.
Я за тобой не побегу. -- Он сел,
Уткнувшись подбородком в кулаки. --
Родная, у меня большая просьба...
-- Просить ты не умеешь.
-- Научи! --
В ответ она подвинула засов.
Очевидно ее желание сбежать: не столько от героя, сколько от
замкнутости пространства, не говоря уже о предмете разговора. Однако эта
решимость неполная, как показывает суета со шляпой, поскольку исполнение
этого желания непродуктивно в том смысле, что модель является частью
постановки. Позвольте мне пойти дальше и предположить, что это означало бы
потерю преимущества, не говоря уже о том, что это было бы концом
стихотворения. Оно и в самом деле кончается именно этим: ее уходом.
Буквальный уровень вступит в конфликт или сольется с метафорическим. Отсюда
строчка "Не знаю точно, смеет ли мужчина", которая объединяет оба уровня,
заставляя стихотворение двигаться дальше; вы уже больше не знаете, кто здесь