Иосиф Бродский. Из книги эссе. Переводы с английского -
13 >
смешение ассоциаций или намеков на ассоциации в его произведениях, их
скрытые ссылки, смену микроскопических деталей общими утверждениями,
эллиптическую речь и т.д., именно он написал "La primavera Hitleriana"
("Гитлеровская весна"), которая начинается:
Густое белое облако бешеных бабочек
окружает тусклые фонари, вьется над парапетами,
кроет саваном землю, и этот саван, как сахар,
скрипит под ногами...
Этот образ ноги, скрипящей по мертвым бабочкам, как по рассыпанному
сахару, сообщает такую равнодушную, невозмутимую неуютность и ужас, что,
когда примерно через четырнадцать строк он говорит:
...а вода размывать продолжает
берега, и больше нет невиновных, --
это звучит как лирика. Немногое в этих строчках напоминает герметизм -- этот
аскетический вариант символизма. Действительность требовала более
основательного отклика, и вторая мировая война принесла с собой
дегерметизацию. Однако ярлык герметика приклеился к Монтале, и с тех пор он
считается "неясным" поэтом. Всякий раз, когда слышишь о неясности, -- время
остановиться и поразмышлять о нашем представлении о ясности, ибо обычно оно
основано на том, что уже известно и предпочтительно или, на худой конец,
припоминаемо. В этом смысле, чем темнее, тем лучше. И в этом же смысле
неясная поэзия Монтале все еще выполняет функцию защиты культуры, на сей раз
от гораздо более вездесущего врага:
Сегодняшний человек унаследовал нервную систему, которая не может
противостоять современным условиям жизни. Ожидая, когда родится завтрашний
человек, человек сегодняшний реагирует на изменившиеся условия не тем, что
он встает с ними вровень, и не попытками противостоять их ударам, но
превращением в массу.
Это отрывок из книги "Поэт в наше время" -- собрания прозы Монтале,