Иосиф Бродский. Из книги эссе. Переводы с английского -
10 >
недостижима ни в каких человеческих отношениях. Отсюда родство поэзии --
если не собственное ее изобретение -- с идеей загробной жизни.
Язык "Новых стихов" качественно нов. В значительной степени это
собственный язык Монтале, но часть его обязана переводу, ограниченные
средства которого только усиливают строгость оригинала. Кумулятивный эффект
этой книги поражает не столько потому, что душа, изображенная в "Новых
стихах", никогда не была прежде запечатлена в мировой литературе, сколько
потому, что книга эта показывает, что подобная ментальность не могла бы быть
первоначально выражена по-английски. Вопрос "почему" может только затемнить
причину, поскольку даже в родном для Монтале итальянском языке такое
сознание настолько странно, что он имеет репутацию поэта исключительного.
В конечном счете поэзия сама по себе -- перевод; или, говоря иначе,
поэзия -- одна из сторон души, выраженная языком. Поэзия -- не столько форма
искусства, сколько искусство -- форма, к которой часто прибегает поэзия. В
сущности, поэзия -- это артикуляционное выражение восприятия, перевод этого
восприятия на язык во всей его полноте -- язык в конечном счете есть
наилучшее из доступных орудий. Но, несмотря на всю ценность этого орудия в
расширении и углублении восприятия -- обнаруживая порой больше, чем
первоначально замышлялось, что в самых счастливых случаях сливается с
восприятием, -- каждый более или менее опытный поэт знает, как много из-за
этого остается невысказанным или искажается.
Это наводит на мысль, что поэзия каким-то образом также чужда или
сопротивляется языку, будь это итальянский, английский или суахили, и что
человеческая душа вследствие ее синтезирующей природы бесконечно превосходит
любой язык, которым нам приходится пользоваться (имея несколько лучшие шансы