Творческая библиотека

21 >

Недалеко, за цинковой рекой,
Где стекла дребезжат наперебой
И в полдень нагреваются мосты,
Тебе уже не покупать цветы.

Ах, улыбнись в оставленных домах,
Где ты живешь средь вороха бумаг
И запаха увянувших цветов,
Мне не найти оставленных следов.

Я различу на улицах твой взмах,
Как хорошо в оставленных домах
Любить других и находить других,
Из комнат бесконечно дорогих,

Любовью умолкающей дыша,
Навек уйти, куда-нибудь спеша.

Ах, улыбнись, ах, улыбнись вослед, взмахни рукой,
Когда на миг все люди замолчат.
Недалеко за цинковой рекой
Твои шаги на целый мир звучат.

Останься на нагревшемся мосту,
Роняй цветы в ночную пустоту,
Когда река, блестя из темноты,
Всю ночь несет в голландию цветы.




Пьеса с двумя паузами для сакс-баритона


Металлический зов в полночь
Слетает с петропавловского собора,
        из распахнутях окон в переулках
        мелодически звякают деревянные чася комнат,
        в радиоприемниках звучат гимны.
Все стихает,
Родной шепот девушек в подворотнях
Стихает,
        и любовники в июле спокойны.
        изредка проезжает машина.
Ты стоишь на мосту и слышишь,
Как стихает и меркнет и гаснет
Целый город.
        ночь приносит
        из теплого темно-синего мрака
        желтые квадратики окон
И мерцанье канала.
Играй, играй, диззи гиллеспи,
Джерри маллиген и ширинг, ширинг,
В белых платьях, все мы там в белых платьях
И в белых рубахах
На сорок второй и на семьдесят второй улице
Там, за темным океаном, среди деревьев,
Над которыми с зажженными бортовыми огнями
Летят самолеты,
За океаном,
Хороший стиль, хороший стиль
Этот вечер.
Боже мой, боже мой, боже мой, боже мой,
Что там вытворяет джерри,
Баритон и скука, и так одиноко,
Боже мой, боже мой, боже мой, боже мой,
Звук выписывает эллипсоид, так далеко за океаном,

        и если теперь черный гарнер

Следующая

21 >