Иосиф Бродский. Шествие -
28 >
На миг вдвоем посередине жизни. И шум ветвей, как будто шорох платья, И снег летит и тишина в квартире, И горько мне теперь твое объятье, Соединенье в разобщенном мире. Нет-нет, не плачь, ты все равно уходишь. Когда-нибудь ты все равно находишь У Петроградских тарахтящих ставней Цветов побольше у ограды давней. И только жизнь меж нас легко проходит И что-то вновь из наших душ уходит, И шумный век гудит, как пароходик, И навсегда твою любовь увозит. Бежит река и ты бежишь вдоль берега, И быстро сердце устает от бега, И снег кружит у петроградских ставней, Взмахни рукой - теперь ты все оставил. Нет-нет, не плачь, когда других находят, Пустой рассвет легко в глаза ударит, Нет-нет, не плачь, что жизнь проходит И ничего тебе совсем не дарит. Всего лишь жизнь. Ну вот, отдай и это, Ты так страдал и так просил ответа, Спокойно спи. Здесь не разлюбят, не разбудят, Как хорошо, что ничего взамен не будет.(комментарий) Любовник-оборотень, где же ты теперь, Куда опять распахиваешь дверь, В какой парадной сызнова живешь, В каком окошке вороном поешь? Все ерунда. Ты в комнате сидишь С газетой, безучастный к остальному, Кто говорит, что вороном летишь И серым волком по лесу ночному, Все ерунда. Ты, кажется, уснул, Ты в сердце все утраты переставил, Ты, кажется, страданья обманул, Послушному уму их предоставил... И нет себя как будто бы меж нас, И бьют часы о том, что поздний час, И радио спокойно говорит, И в коридоре лампочка горит. Но всякий раз, услышав ночью вой, Я пробуждаюсь в ужасе и страхе: Да, это ты вороной и совой Выпрыгиваешь из дому во мраке. О чем-нибудь, о чем-нибудь ином, О чем-нибудь настойчиво и нервно, О комнате с завешенным окном... Но в комнате с незапертою дверью Рост крыльев в полуночные часы И перьев шум. И некуда мне деться,
